Духовные абстракции Николая Эстиса

Если в наши дни кто-то начнет разговор о русском искусстве второй половины XX века, то разговор этот наверняка будет вестись о концептуализме.Вспомнят об Илье Кабакове, о Булатове или, например, о Пивоварове, две выставки которого громко прошли в Москве в начале этого года. Имя Николая Эстиса, увы, будет звучать куда реже. Да и вряд ли кто-нибудь осмелится произнести его в одном предложении со словом «концептуализм». Живописная манера Николая Эстиса самобытна. Конечно, можно попробовать сравнить художника с американским мастером абстрактного экспрессионизма Джексоном Поллоком, однако вряд ли сравнение это выявит большое сходство.

Как же родилось искусство Николая Эстиса? Откуда оно появилось? В сущности, вопросы, подобные этому, не имеют однозначного ответа. Но, так или иначе, любое подлинное искусство приходит изнутри, рождается в самом художнике, и духовные абстракции Николая Эстиса не исключение. Именно в такую своеобразную манеру сложились природный талант, темперамент, свободомыслие, уроки чуткого учителя и друга художника А. И. Дюдина. Помогла, конечно, и выставка импрессионистов, прошедшая в Москве в конце 50-тых, и долгое изучение Врубеля в Третьяковской галерее. У этого живописца Эстис перенял любовь к четкому построению композиции. Значимую роль, несомненно, сыграло и детство художника в городке Хмельник, где во время Второй мировой войны оккупантами и некоторыми поддержавшими их местными жителями было расстреляно около 12000 проживавших здесь евреев.

Будущий художник с матерью и сестрой в это время был в эвакуации. После войны антисемитизм жителей Хмельника никуда не исчез, и вернувшийся Эстис оказался в опасной и жестокой среде, в которой вынужден был выживать, активно сопротивляясь. Общеизвестна христианская мысль «Ищущий да обрящет» и примечательна она в первую очередь вопросом, из нее вытекающим. А сможет ли стать ищущим человек не страдающий, тот, у которого все в жизни идет ладно и счастливо по протоптанной дороге? Сможет ли человек не страдавший найти путь к подлинно глубокому творчеству? Сомнительно. Важно, впрочем, то, что Эстис искал, а кроме того, вероятно, нес в себе такую внутреннюю боль, которая просто не могла не вылиться в итоге в искусство. Таким образом, многие случайности сложились деталями в единую картину, в удивительное и выстраданное творчество со своим особенным индивидуальным лицом.

Картины Эстиса не имеют названий, но все созданное им состоит из нескольких циклов («Птицы», «Ангелы», «Башни», «Композиции» и т.д.), работа над которыми ведется не одно десятилетие. Эти циклы не были задуманы живописцем, но появились сами собой. Художник говорит, что, когда он начинает работать, то еще не знает, что именно будет изображено . Живопись Эстиса – это живопись особого духовного состояния любви, в которое погружается художник. Находясь в нем, художник создает свои картины. Изображение, таким образом, определяется этим состоянием, но не рациональной волей живописца.

Полотна Эстиса, к какому бы циклу они не относились, в сущности, есть история или, может быть, музыка, звучащая об одном и том же. Птицы, башни, фигуры в его живописи не имеют плоти. Они неотделимы от окружающего их космоса, сливаются с ним, существуют в его ритме. Краска наложена во много переплетенных между собой слоев, которые словно живут не только по законам живописи, но и по естественным природным законам. В картинах Эстиса поэтому предмет и фон неотделимы. Все изображенное являет собой единый и живой мир, существующий вне времени и пространства и очищенный от материальных форм. Он состоит из одного только духа, как бы пробужденного в картине. Дух этот - таинственная, необъяснимая, но ощущаемая человеком в бытии или, может быть, внутри самого себя любовь. Тот, кто умеет ее чувствовать, вырывается из мерных повседневных мыслей и дел.

Он научается видеть за сегодняшним днем то вечное и подлинное, что прячется от глаз за суетой. Любовь наполняет человека, дает ему утешение и силы для творчества. Это ведь она прячет свое лицо под маской музы и вдохновения, прославленных многими классическими стихами и картинами. Николай Эстис создает на полотне не образ духовной любви, но показывает как бы отблеск ее, отразившийся из таинственного мира, скрытого от человеческих глаз. Вместе с тем художник дает зрителю возможность испытать то же духовное состояние, какое и сам он переживал, создавая картину. Нужно только уметь смотреть и чувствовать.

Когда смотришь на живопись, самое главное – погрузиться в нее. Посетители музеев часто перемещаются от картины к картине со средней скоростью пешехода. Причем людям, которым искусство в сущности своей чуждо, интереснее всего увидеть предмет изображения - море, лавочку или, например, кошку. Другие же, посерьезней и пообразованней, раскладывают произведение на составные части, анализируют и получают в качестве ответа идею изображения. Вполне вероятно, что существует какое-то искусство, которое можно так смотреть. Однако это точно не живопись Николая Эстиса. Чтобы по-настоящему прочувствовать ее и понять, необходимо уметь погружаться в музыку линий, мазка, колорита, изображения в целом, воспринимать полотно и разумом, но главное чувством и проникать таким образом в сущность произведения. Тогда в Вас зазвучит музыка этих картин.

И последнее, чем хочется подытожить все, уже сказанное. Современное искусство становится все более рациональным. Это в первую очередь искусство мысли, идеи. Однако здесь и кроется определенная проблема. Многое в современном искусстве, сосредоточившись на идее, теряет чувственность. А мысль, воспринятая разумом, но не прочувствованная, для человека является всего лишь информацией, но не внутренним открытием. В силу этого часто между зрителем и произведением не возникает полноценного контакта. Живопись Николая Эстиса – это искусство состояния, потому что оно, это особое состояние, является и главным условием создания картины, и основным содержанием ее, и тем, что может извлечь из нее зритель. Полотна Эстиса, если вдуматься, насыщены и сложной вневременной проблематикой, и глубокой чувственностью. Главное же, что человек, погрузившийся в его картины, может открыть для себя что-то новое и важное.

.